Сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ) остаются основной причиной смертности и инвалидизации в мире. Одним из ключевых направлений профилактики и лечения тромботических и тромбоэмболических осложнений при ССЗ является антитромботическая терапия (АТТ), спектр и частота применения которой существенно расширились в последние десятилетия [1].

Антитромботические препараты – антикоагулянты и антиагреганты – относятся к числу наиболее частых причин серьезных нежелательных лекарственных реакций, приводящих к обращениям в отделения неотложной помощи, госпитализации и летальному исходу [2][3]. Согласно данным клинических исследований и метаанализов, от 40 до 70 % нежелательных лекарственных реакций, в том числе связанных с АТТ, являются потенциально предотвратимыми [4][5], а значительная их часть связана с ошибками медикаментозной терапии [6][7].

Высокая частота ошибок при назначении АТТ обусловлена рядом факторов. Во-первых, широким спектром показаний к применению антикоагулянтов и антиагрегантов, требующим от врачей различных специальностей соответствующего уровня подготовки. Во-вторых, выраженной коморбидностью пациентов, получающих АТТ, что осложняет выбор препарата и его дозы, особенно при наличии почечной или печеночной недостаточности, а также с учетом потенциальных лекарственных взаимодействий. В-третьих, длительным характером терапии, предполагающим необходимость динамического наблюдения, лабораторного контроля и своевременной коррекции лечения при развитии нежелательных реакций.

Несмотря на высокую актуальность проблемы снижения числа ошибок при назначении АТТ, существенного прогресса в ее решении не достигнуто. В исследовании J. Fanikos и соавт. [8], включавшем сравнительный анализ частоты внутрибольничных осложнений антитромботической терапии в 2004–2009 и 2015–2020 гг., показано, что внедрение электронных медицинских карт, алгоритмов и номограмм для дозирования антикоагулянтов не сопровождалось снижением частоты осложнений, напротив – отмечен их рост, ассоциированный с расширением применения АТТ, при этом у 82,4 % пациентов с осложнениями выявлены ошибки назначения препаратов [8].

Масштабный анализ данных токсикологических центров США за 2000–2021 гг. продемонстрировал увеличение числа терапевтических ошибок, связанных с назначением антитромботических препаратов, на 590,9 %, наиболее часто при применении варфарина, прямых оральных антикоагулянтов и клопидогрела [9]. При этом 74,9 % ошибок приходились на пациентов в возрасте 60 лет и старше, а в 2,1 % случаев они сопровождались тяжелыми осложнениями или летальным исходом [9]. В метаанализе Al Rowily A и соавт. [10] ошибки выявлены у каждого пятого пациента, получающего пероральные антикоагулянты (ПОАК), при этом ключевыми факторами их возникновения являлись игнорирование показателей почечной функции и недостаточная осведомленность врачей о правилах безопасного применения ПОАК (дозировании, показаниях и необходимости коррекции дозы).

Недостаток знаний врачей в вопросах применения АТТ ранее был продемонстрирован как в российских, так и в зарубежных исследованиях. По данным анкетирования врачей выявлен низкий уровень знаний клинических рекомендаций (КР) по профилактике [11] и лечению [12] венозных тромбоэмболических осложнений, назначению АТТ больным с фибрилляцией предсердий [13][14], практическим аспектам использования непрямых антикоагулянтов [15].

Решение проблемы терапевтических ошибок в назначении АТТ является крайне актуальной задачей, поскольку снижение лекарственно-ассоциированных осложнений рассматривается как один из инструментов достижения целевых показателей по снижению сердечно-сосудистой смертности и увеличению ожидаемой продолжительности жизни. Одним из ключевых направлений современной кардиологии, согласно национальным приоритетам, является повышение уровня подготовки врачей в области профилактики и лечения ССЗ [16]. Для разработки эффективных программ повышения квалификации целесообразно учитывать актуальные компетенции врачей различных специальностей в вопросах назначения АТТ.

Цель: оценить актуальные компетенции врачей различных специальностей в вопросах профилактики и лечения артериальных и венозных тромбозов по результатам анонимного анкетирования и провести анализ наиболее частых ошибок.

Поперечное исследование в формате анкетного опроса проведено в период с 25 сентября 2025 г. по 31 января 2026 г. с использованием анкеты, разработанной авторами.

Опрос проводился с использованием онлайн-анкетной формы. Ссылка на анкету была разослана по электронной почте врачам, ранее участвовавшим в заседаниях научно-образовательного национального проекта «Российский антитромботический форум». Часть анкет заполнялась участниками Российского национального конгресса кардиологов (25–27 сентября 2025 г., Казань) с использованием планшетов, размещенных на стенде «Российского антитромботического форума».

Пилотный характер исследования не предполагал предварительного расчета объема выборки для получения репрезентативных данных по всем специальностям и регионам РФ.

В рамках рассылки проекта «Российский антитромботический форум» отправлено 7759 писем, 2048 адресов электронной почты оказались недействительными, доля ответивших составила 9,5 % (543 из 5711 респондентов с действующим адресом электронной почты). Из анализа исключены 17 анкет, которые были заполнены врачами из Казахстана, Узбекистана и Грузии (рис. 1).

В Российском национальном конгрессе кардиологов (25–27 сентября 2025 г., Казань) приняли очное участие 4705 специалистов, из них 141 (3,0 %) заполнили анкету.

Таким образом, для анализа были использованы 667 анкет, из них 21,1 % – заполнены на Российском национальном конгрессе кардиологов и 78,9 % – при рассылке через проект «Российский антитромботический форум»; на последующих этапах анализа эти группы рассматривались совместно (рис. 1).

В итоговый анализ включали только полностью заполненные анкеты; частично заполненные анкеты отсутствовали, поскольку их сохранение и отправка были технически невозможны. С учетом полной деперсонализации нельзя полностью исключить риск дублирования ответов, однако в сопроводительном письме, содержащем ссылку на анкету, респондентам дополнительно указывалось на необходимость однократного заполнения.

Паспортная часть включала сведения о возрасте, поле, регионе проживания, врачебной специальности, стаже и месте работы (стационар / поликлиника / временно не работаю), а также о наличии ученой степени. Основная часть анкеты (22 вопроса) была разделена на три блока (дополнительные материалы – Приложение A, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-a).

Первый блок (8 вопросов) оценивал базовые знания в области антитромботической терапии (классификация препаратов, дозирование, лекарственные взаимодействия согласно инструкциям по применению). Второй блок (9 вопросов) был посвящен оценке осведомленности о действующих КР Минздрава РФ по профилактике и лечению артериальных и венозных тромбозов, включая актуальные клинические рекомендации: «Фибрилляция и трепетание предсердий»1, «Острый коронарный синдром с подъемом сегмента ST электрокардиограммы»2, «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы»3, «Тромбоз глубоких вен конечностей»4, «Стабильная ишемическая болезнь сердца»5. Третий блок (5 вопросов) касался «сложных» аспектов АТТ, включая ведение пациентов с тромбоцитопенией, антифосфолипидным синдромом и выбор типа антитромботического препарата у коморбидных пациентов.

Учитывая пилотный характер исследования, предварительная внешняя валидация анкеты не проводилась. Внутренняя согласованность основных тематических блоков анкеты оценивалась с использованием коэффициента α Кронбаха, а пригодность матрицы корреляций для факторного анализа – с помощью коэффициента Кайзера–Мейера–Олкина и критерия сферичности Бартлетта.

Полученное значение коэффициента α Кронбаха составило 0,672, что соответствует погранично приемлемому уровню внутренней согласованности и предполагает осторожность при интерпретации интегральных показателей. Коэффициент Кайзера–Мейера–Олкина равнялся 0,707 при статистически значимом результате критерия сферичности Бартлетта (p < 0,001), что свидетельствует об удовлетворительной взаимосвязи пунктов анкеты между собой и приемлемой пригодности данных для последующего факторного анализа структуры опросника.

Во всех вопросах анкеты предполагался выбор одного правильного ответа из четырех предложенных вариантов. Каждый правильный ответ оценивался в 1 балл, временных ограничений при заполнении анкеты не устанавливалось. Уровень знаний расценивался как «достаточный» при выполнении ≥70 % правильных ответов; пороговое значение выбрано в соответствии с рекомендациями Методического центра аккредитации специалистов6.

Количественные показатели оценивались на предмет соответствия нормальному распределению (критерий Шапиро–Уилка), все показатели не соответствовали нормальному распределению. Результаты представляли как медиану и интерквартильный размах (25; 75 процентили). Для количественных переменных применяли U-критерий Манна–Уитни или критерий Краскела–Уоллиса с поправкой Бонферрони (при сравнении двух и более групп). Дискретные переменные сравнивали с использованием критерия χ² Пирсона или точного критерия Фишера с поправкой Бенджамини–Хохберга (при множественных сравнениях). Рассчитаны отношения шансов (ОШ) и 95 % доверительные интервалы (ДИ). Различия показателей считались статистически значимыми при уровне значимости p < 0,05.

Статистическая обработка полученных данных проводилась с использованием программы IBM SPSS Statistics для Windows v.26.0 (IBM Corp., США).

Среди участников преобладали женщины, большинство респондентов относились к молодому и среднему возрасту и имели сформированный клинический опыт, что отражается в преобладании стажа работы по специальности 10 и более лет. Половина опрошенных была представлена врачами, работающими в Центральном федеральном округе (прежде всего в Москве), четверть респондентов была из Приволжского федерального округа, остальные округа были охвачены значительно меньшим числом участников (табл. 1).

Распределение респондентов по месту работы в стационарном и амбулаторном звене было примерно равным. Ученую степень имели 23,2 % (155) участников, из них 26 – доктора медицинских наук. В профессиональной структуре выборки доминировали кардиологи; в меньшей степени были представлены терапевты и врачи общей практики (ВОП), тогда как хирурги, анестезиологи-реаниматологи (АиР) и другие терапевтические специальности (неврологи, ревматологи, токсикологи, клинические фармакологи) составляли сравнительно небольшую часть респондентов.

Максимально при заполнении анкеты можно было набрать 22 балла. Медиана общего числа набранных баллов среди всех опрошенных составила 12 (9; 13).

Значимых различий суммарного балла в зависимости от пола, возраста и стажа работы выявлено не было. Фиксировались различия в зависимости от специальности: при попарном сравнении по числу баллов более высокие показатели отмечались у кардиологов и гематологов по сравнению с терапевтами/ВОП и хирургами/АиР. Кроме того, суммарный балл значимо различался в зависимости от места работы: более высокие значения отмечены у врачей стационара по сравнению с врачами амбулаторного звена и не работающими, а также у респондентов с ученой степенью по сравнению с врачами без ученой степени (табл. 1)

Более половины правильных ответов получены у 51,3 % (342) респондентов. Достаточный уровень знаний (правильные ответы на ≥ 15 из 22 вопросов, ≥70 %) продемонстрировали только 14,8 % (99) опрошенных врачей.

Вероятность наличия достаточного уровня знаний по всем разделам АТТ была выше при наличии ученой степени (ОШ 1,62; 95 % ДИ 1,02–2,57; p = 0,043), среди кардиологов (ОШ 3,45; 95 % ДИ 1,94–6,12; p < 0,001) и у врачей, работающих в стационаре (ОШ 2,01; 95 % ДИ 1,26–3,19; p = 0,004), тогда как возраст и стаж работы не оказывали значимого влияния на вероятность достижения достаточного уровня знаний.

Доля врачей, имеющих достаточный уровень знаний по всем разделам АТТ, составила 20 % среди гематологов (3 из 15), 19,1 % среди кардиологов (84 из 440), 11,3 % среди врачей других специальных (6 из 53), 5,6 % среди терапевтов/ВОП (6 из 108); среди хирургов и АиР респонденты с достаточным уровнем знаний не выявлены (p < 0,001 для сравнения между специальностями в целом, p = 0,03 для сравнения кардиологов против терапевтов/ВОП) (рис. 2).

Распределение доли врачей с достаточным уровнем знаний по всем вопросам АТТ не различалась между регионами и составило 12,6 % (43 из 340) для Центрального, 10,7 % (3 из 28) для Северно-Западного, 21,6 % (36 из 167) для Приволжского, 7 % (3 из 43) для Южного и Северо-Кавказского, 13,3 % (6 из 45) для Уральского и 18,2 % (8 из 44) для Сибирского и Дальневосточного ФО (р = 0,072) (Приложение В – часть 1, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-b).

На все базовые вопросы ответили без ошибок лишь 6,6 % (44) респондентов; достаточный уровень базовых знаний выявлен у 72,7 % (485), при этом возраст, стаж и место работы не влияли на его наличие, тогда как он чаще отмечался у кардиологов и при наличии ученой степени. Доля врачей с достаточными базовыми знаниями составила 100 % среди гематологов, 80,7 % среди кардиологов, 77,4 % среди врачей других терапевтических специальностей, 50,9 % среди терапевтов/ВОП и 37,3 % среди хирургов и анестезиологов-реаниматологов (Приложение С, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-c). Различия между специальностями, а также межрегиональные различия (более высокая доля врачей с достаточными знаниями в Центральном, Северо-Западном и объединенном Сибирском/Дальневосточном округах по сравнению с Приволжским) были статистически значимыми (Приложение В – часть 2, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-b).

Без ошибок на все вопросы, касающиеся знаний актуальных КР по АТТ, ответило менее 1 % респондентов (6), а достаточный уровень знаний продемонстрировали лишь 30,4 % (203) врачей. Уровень знаний КР не зависел от возраста и места работы, однако чаще был достаточным у врачей с ученой степенью, стажем работы не менее 10 лет, а также у кардиологов и гематологов. Доля респондентов с достаточным уровнем знаний КР составила 60 % среди гематологов, 37,3 % среди кардиологов, 16,7 % среди терапевтов/ВОП, 17 % среди врачей других терапевтических специальностей и 6 % среди хирургов и АиР, при этом различия между специальностями были статистически значимыми (Приложение С, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-c), тогда как во всех федеральных округах доля таких врачей не превышала 50 % и межрегиональные различия не наблюдались (Приложение В – часть 3, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-b).

Анализ сложных вопросов по АТТ выявил крайне низкий уровень информированности: отсутствие ошибок отмечено менее чем в 1 % анкет (6), а достаточный уровень знаний зарегистрирован лишь у 4,4 % (29) респондентов. Более высокая вероятность правильных ответов на сложные вопросы ассоциировалась со специальностью кардиолога, работой в стационарном звене, возрастом младше 55 лет и стажем работы 10–19 лет, однако во всех федеральных округах доля врачей с достаточным уровнем знаний по сложным вопросам оставалась низкой (менее 10 % опрошенных), статистически значимых межрегиональных различий не выявлено (Приложение В – часть 4, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-b).

Наиболее часто допускались ошибки при выборе терапии при антифосфолипидном синдроме (81,3 % респондентов неправильно выбирали тип препарата и показания к его назначению). Далее следовали ошибки в выборе дозы парентерального антикоагулянта (61,8 %), тактики лечения тромбоза левого желудочка (50,4 %) и онкоассоциированных тромбоза глубоких вен конечностей / тромбомоэмболии легочной артерии (41,8 %), а также в определении абсолютных противопоказаний к назначению аспирина при тромбоцитопении у пациентов с острым коронарным синдромом (39,6 %). Существенная доля респондентов неверно выбирала сниженные дозы ПОАК у пациентов старческого возраста (29,2 %) и при наличии лекарственных взаимодействий (35,9 %), указывала некорректную формулу для оценки функции почек при подборе доз низкомолекулярного гепарина и ПОАК (32,2 % – CKD-EPI (Chronic Kidney Disease Epidemiology Collaboration, рабочая группа по исследованию эпидемиологии хронической болезни почек), 31,6 % – Кокрофт–Голт), а также использовала шкалы геморрагического риска для отказа от АТТ у пациентов с высоким риском инсульта (Приложение D, https://doi.org/10.47093/2713-069X.2026.7.1.63-73-annex-d).

В работе проведен пилотный анализ знаний врачей в профилактике и лечении тромбозов на выборке специалистов разных профилей из всех федеральных округов РФ. Только 14,8 % показали достаточный уровень по всем блокам.

При этом по базовым вопросам АТТ 72,7 % респондентов продемонстрировали достаточный уровень знаний; результаты не зависели от возраста, стажа и места работы, но были выше у кардиологов и гематологов и при наличии ученой степени, тогда как терапевты/ВОП и хирурги/АиР продемонстрировали более низкий уровень базовых знаний.

В отличие от базовых вопросов, по ключевым положениям КР выявлен существенный дефицит знаний: достаточный уровень продемонстрировали лишь 30,4 % респондентов, что согласуется с отечественными данными о низкой приверженности врачей КР по АТТ и сердечно-сосудистым заболеваниям в реальной практике. Ранее было показано, что назначения АТТ при остром коронарном синдроме, фибрилляции предсердий [17], хронической сердечной недостаточности [18] и венозных тромбоэмболических осложнениях часто расходятся с действующими рекомендациями, а соответствие КР составляет около 30 % [12], что делает полученные результаты ожидаемыми и подчеркивает системный характер проблемы.

В работах зарубежных авторов отмечается сходная ситуация. Так, лишь 36,5 % врачей продемонстрировали достаточную осведомленность в вопросах профилактики венозных тромбоэмболий [11], а при назначении антикоагулянтов пациентам с фибрилляцией предсердий выявлены существенные расхождения с КР [13]. Исследование, проведенное среди специалистов, регулярно наблюдающих пациентов с протезированными клапанами сердца, также выявило недостаточную информированность: многие врачи ошибались в оценке сроков достижения терапевтического уровня гипокоагуляции, длительности терапии после имплантации биопротеза, длительности терапии после имплантации биопротеза, интервалов контроля международного нормализованного отношения и принципов периоперационного ведения [15].

Ранее были описаны факторы, ассоциированные с несоблюдением КР врачами амбулаторного звена, включая отсутствие повышения квалификации за последние 5 лет, работу с внешним совместительством, инерцию предшествующей практики, проблемы с лекарственным обеспечением и низкую удовлетворенность состоянием собственного здоровья и условиями труда [19].

В нашем исследовании четко обозначился разрыв в уровне знаний КР между кардиологами и терапевтами/ВОП, что согласуется с данными о более низкой информированности терапевтов по сравнению с кардиологами при назначении пероральных антикоагулянтов пациентам с фибрилляцией предсердий и лечении хронической сердечной недостаточности [14][18], а также с результатами опроса врачей Американской медицинской ассоциации, где терапевты значительно реже использовали шкалу CHA2DS2-VASC (Congestive heart failure, Hypertension, Age ≥ 75 years, Diabetes, Stroke or transient ischemic attack, Vascular disease, Age 65–74 years, Sex, сердечная недостаточность, артериальная гипертензия, возраст ≥ 75 лет, сахарный диабет, инсульт или транзиторная ишемическая атака, сосудистые заболевания, возраст 65–74 года, пол) и инструменты оценки геморрагического риска [13].

Помимо специальности, положительное влияние на уровень знаний в нашем исследовании оказывали наличие ученой степени и стаж работы ≥ 10 лет, тогда как низкие показатели у хирургов/АиР, вероятно, частично обусловлены тем, что значительная часть вопросов касалась ведения пациентов с острым коронарным синдромом и фибрилляцией предсердий, то есть сфер, менее типичных для их повседневной практики.

Выявлена крайне низкая информированность врачей в вопросах назначения АТТ в сложных клинических ситуациях. Ожидаемо более высокий уровень знаний отмечен у кардиологов и врачей стационара, которые чаще сталкиваются с такими случаями в практике. Наличие ученой степени не увеличивало вероятность достаточного уровня знаний, тогда как как короткий (< 10 лет), так и очень длительный (≥ 20 лет) стаж работы и возраст старше 55 лет ассоциировались с меньшей частотой правильных ответов на сложные вопросы; возможным объяснением может быть недостаток клинического опыта у молодых специалистов и снижение мотивации к обучению у врачей с длительным стажем, однако в рамках данного исследования эти гипотезы не могли быть проверены напрямую.

Выявлены лишь ограниченные региональные различия в уровне знаний. Достаточный уровень по базовым вопросам АТТ продемонстрировали более 60 % врачей во всех федеральных округах, однако доля таких респондентов была несколько ниже в Приволжском округе по сравнению с Центральным, Северо-Западным и объединенным Сибирским/Дальневосточным, при этом статистически значимые различия сопровождались выраженным дисбалансом по числу опрошенных в регионах. Достаточный уровень знаний КР оставался низким во всех округах (не более 50 %), а владение вопросами назначения АТТ в сложных клинических ситуациях было крайне недостаточным (менее 10 % респондентов), и статистически значимых межрегиональных различий по этим показателям не получено, что не позволяет делать однозначные выводы о реальных различиях в уровне компетенций между регионами с учетом небольшой доли респондентов из ряда федеральных округов.

Наиболее типичной ошибкой была подмена формулы Кокрофта–Голта формулой CKD-EPI при расчете доз ПОАК и парентеральных антикоагулянтов, несмотря на то что именно клиренс креатинина по Кокрофту–Голту используется в регистрационных исследованиях и инструкциях для дозирования этих препаратов. Значимая доля врачей некорректно выбирала сниженные дозы ПОАК у пациентов старшего возраста и при лекарственных взаимодействиях, а также ошибочно использовала шкалы геморрагического риска (чаще HAS-BLED (Hypertension, Abnormal renal or liver function, Stroke, Bleeding, Labile international normalized ratio, Ederly, Drugs / alcohol, артериальная гипертензия, нарушения функции почек или печени, инсульт, кровотечения, неустойчивое международное нормализованное отношение, пожилой возраст, лекарственные препараты / алкоголя)) как основание для отказа от антикоагуляции у больных с высоким риском инсульта, что противоречит актуальным КР7.

Частые ошибки при выборе антикоагулянта при тромбозе левого желудочка, определении времени назначения нагрузочной дозы P2Y12-ингибитора при остром коронарном синдроме без подъема ST и ведении пациентов с острым коронарным синдромом и тромбоцитопенией отражают слабое знакомство врачей с последними обновлениями КР. Недостаточная реализация КР подтверждается данными реальной практики: в анализе более 100 тысяч электронных карт пациентов с фибрилляции предсердий в РФ в 2023 году антикоагулянты назначались лишь примерно половине больных с высоким риском инсульта, особенно редко у лиц старше 75 лет, несмотря на более частое их применение по сравнению с периодом 2016–2019 годов [20][21]. Низкая осведомленность в отношении лекарственных взаимодействий и корректировки доз ПОАК приводит к широкому использованию неоправданно сниженных доз за пределами установленных показаний, что сопровождается ростом летальности без уменьшения частоты геморрагических осложнений [22] и подчеркивает необходимость целевых образовательных программ.

Оценка уровня знаний проводилась в выборке с выраженным дисбалансом специальностей (преобладание кардиологов и терапевтов/ВОП) и регионов (большинство респондентов из Центрального и Приволжского федеральных округов), что могло исказить результаты для других специальностей и регионов. Структура и содержательный акцент анкеты были оптимизированы для оценки знаний КР у врачей терапевтического профиля, поэтому выводы в отношении хирургов, АиР и других специалистов следует интерпретировать с осторожностью. Для уточнения выявленных закономерностей необходимо более масштабное исследование с равномерным представлением различных специальностей и субъектов РФ, а также расширением перечня анализируемых факторов (организационные условия, доступ к обучению, информационные ресурсы).

В пилотном исследовании показан недостаточный уровень знаний врачей в профилактике и лечении тромбозов, особенно в части знания и практического применения актуальных КР по АТТ. Даже у кардиологов и гематологов он не может быть признан достаточным, а у терапевтов/ВОП остается низким. Наиболее частые ошибки касаются оценки функции почек, выбора доз и учета лекарственных взаимодействий, переоценки геморрагического риска и незнания обновленных положений КР. Это подчеркивает необходимость целевых программ дополнительного профессионального образования по АТТ для врачей разных специальностей и учета полученных данных при планировании образовательных мероприятий в рамках национальных проектов.

Соответствие принципам этики. Анкета была полностью анонимной, никакая персональная информация респондентов не собиралась и не анализировалась, согласие на обработку персональных данных не требовалось. Участие в опросе было добровольным, факт заполнения анкеты расценивался как согласие на опрос. Протокол исследования одобрен локальным этическим комитетом ФГБУ ЦКБ с поликлиникой УДП РФ (протокол № 5 от 29.05.2025).

Доступ к данным исследования. Данные, подтверждающие результаты этого исследования, доступны у соответствующих авторов по обоснованному запросу. Данные и статистические методы, использованные в статье, были проверены профессиональным биостатистиком из редакции журнала «Национальное здравоохранение».

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки (собственные ресурсы).

Ethics statements. The questionnaire was fully anonymous, no personal information of responders was collected or analyzed, thus, no consent to processing of personal data was required. The participation was voluntary; the completion of questionnaire was considered the consent to participate in survey. The study protocol was approved by the local ethics committee of Central Clinical Hospital with a Polyclinic of the Administrative Directorate of the President of the Russian Federation (Protocol no. 5 as of May 29, 2025).

Data availability. The data that support the findings of this study are available from the corresponding authors on reasonable request. Data and statistical methods used in the article were examined by a professional biostatistician on the National Health Care (Russia) Journal editorial staff.

Conflict of interests. The authors declare that there is no conflict of interests.

Financial support. The study was not sponsored (own resources).

ВКЛАД АВТОРОВ

Н.В. Ломакин: разработка концепции работы, разработка анкеты, редактирование текста. И.В. Зотова: разработка анкеты, анализ материала, написание текста. С.В. Аллахвердиева: сбор данных, анализ материала. И.Ю. Ткач: разработка анкеты, сбор данных.

Все авторы утвердили окончательную версию статьи.

AUTHOR CONTRIBUTIONS

Nikita V. Lomakin: research idea, development of the questionnaire, editing of the article. Irina V. Zotova: development of the questionnaire, analysis of material, writing the text. Sabina V. Allakhverdiyeva: selection and analysis of material. Irina Yu. Tkach: development of the questionnaire, selection of material.

All the authors approved the final version of the article.

1. Клинические рекомендации. Фибрилляция и трепетание предсердий. Год утверждения (частота пересмотра): 2025. Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России. https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/382_2 (дата обращения: 02.09.2025).2. Клинические рекомендации. Острый коронарный синдром с подъемом сегмента ST электрокардиограммы. Год утверждения (частота пересмотра): 2024. Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России. https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/157_5 (дата обращения: 02.09.2025).3. Клинические рекомендации. Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы. Год утверждения (частота пересмотра): 2024. Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России. https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/154_4 (дата обращения: 02.09.2025).4. Клинические рекомендации. Тромбоз глубоких вен конечностей. Год утверждения (частота пересмотра): 2025. Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России. https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/960_1 (дата обращения: 02.09.2025).5. Клинические рекомендации. Стабильная ишемическая болезнь сердца. Год утверждения (частота пересмотра): 2024. Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России. https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/155_2 (дата обращения: 02.09.2025).6. Методический центр аккредитации специалистов. https://fmza.ru/fund_assessment_means/pediatriya/testovye-zadaniya/ (дата обращения: 02.09.2025).7. Клинические рекомендации. Фибрилляция и трепетание предсердий. Год утверждения (частота пересмотра): 2025. Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России. https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/382_2 (дата обращения: 02.09.2025).