В последние десятилетия одной из наиболее актуальных проблем общественного здоровья в России остается «выраженная депопуляция и резкие демографические колебания» [1]. «Снижение рождаемости, долговременный характер высокого уровня общей смертности, прогрессирующее ухудшение состояния здоровья населения определяют высокую актуальность проблемы улучшения репродуктивно-демографических показателей» [2]. Значение «репродуктивно-демографических потерь возрастает не только в форме общей смертности населения, но и в виде репродуктивных материнских потерь» [3], которые рассматриваются как «конечный результат влияния социальных, медицинских и биологических факторов на здоровье беременных и новорожденных» [4]. Низкая рождаемость и высокий процент осложнений беременности и родов представляют серьезную проблему для системы здравоохранения, решение которой требует комплексного подхода. Принятые в клинической практике критерии оценки состояния здоровья беременных женщин часто оказываются недостаточно эффективными для установления степени пренатального риска осложненного течения беременности. Ключевым критерием «может стать оценка качества жизни, которая в сочетании с объективными показателями определяет комплексный медико-социальный подход к оценке состояния здоровья беременной женщины и может быть использована для совершенствования медицинской помощи данному контингенту населения»1 [5].

Беременность – «состояние, когда здоровье женщины особенно уязвимо и сопряжено с изменениями, гормональные, эмоциональные, психологические и физические факторы которых инициируют риски для здоровья беременных женщин» и влияют на качество их жизни [6–8]. Качество жизни, релевантное здоровью, рассматривается как «субъективная оценка физического, психологического и социального благополучия, изменяющегося в течение беременности» [9]. По определению М. Karimi, J. Brazier [10], «качество жизни – способ эмпирической оценки субъективного восприятия общего благополучия в различных сферах здоровья».

За последнее десятилетие значительно увеличилось число беременностей, отнесенных к категории высокого риска, представляющих угрозу для здоровья и жизни беременных женщин и плода во время беременности и родов [11]. При многофакторности осложненного течения и неблагоприятного исхода беременности качество жизни, релевантное здоровью, является одним из облигатных факторов [12]. В работе N. Lagadec и соавт. [13] качество жизни рассматривается как «один из наиболее значимых критериев оценки прогноза беременной женщины», определяемого объективными (связанными с качеством окружающей среды и условиями жизни) и субъективными (соматическими и социально-демографическими) факторами.

Основная часть доступных к изучению литературных данных об исследованиях качества жизни женщин в течение беременности включают лишь общие психометрические характеристики или оценку влияния соматических проблем на качество жизни беременных женщин [14]. Некоторые исследования посвящены вопросам качества жизни женщин при физиологическом [15] и осложненном [16][17] течении беременности. Однако, по мнению М. Morin и соавт. [18], L. Rodrigues и соавт. [19], качество жизни беременных женщин в литературе анализируется недостаточно, что влияет на возможность его достоверной оценки для данной группы населения.

Цель исследования – провести компаративный анализ качества жизни беременных женщин, ассоциированного со степенью пренатального риска осложненного течения беременности.

В 2023–2024 гг. на базе женских консультаций г. Саратова и Саратовской области было проведено исследование качества жизни женщин с осложненным течением беременности. Для участия в исследовании были отобраны 385 женщин в третьем триместре осложненного течения беременности. Степень пренатального риска определялась по шкале факторов перинатального риска В.Е. Радзинского и соавт., в соответствии с которой респонденты подразделены на группы низкого, среднего и высокого пренатального риска [20].

Средний возраст респондентов – 29,0 ± 0,5 года, возраст большинства (55,8%) респондентов составляет 20–29 лет, 34,8% – 30–39 лет, 6,5% – 40 лет и старше, 2,9% респондентов – до 20 лет. 4,3% респондентов имеют неполное среднее образование, 16,7% – среднее, 31,2% – среднее специальное, 9,4% – неполное высшее и 38,4% респондентов имеют высшее образование. 78,3% респондентов работают: у 49,3% профессиональная деятельность не связана с физическими нагрузками, 19,6% заняты легким физическим трудом, 20,3% – физическим трудом средней степени тяжести и 3,6% – тяжелым физическим трудом (в исследовании степень тяжести физического труда указана в связи с субъективной оценкой респондентов).

Состоят в официально зарегистрированном браке 79,7% респондентов. Возраст мужа у 49,6% респондентов 30–39 лет, у 34,9% – 20–29 лет. 40 лет и старше – у 14,7%, до 20 лет – у 0,8% респондентов. Средний возраст мужа – 33,0 ± 0,5 года.

У 38,7% респондентов муж имеет среднее профессиональное образование, 38,7% – высшее, 22,6% – среднее.

В семье 48,1% респондентов дети отсутствуют, в семьях 33,3% респондентов только один ребенок, у 11,9% – двое детей, у 6,7% – трое и более детей.

Анализ среднего уровня дохода на каждого члена семьи респондентов составляет 36,1 ± 2,4 тыс. руб. в месяц.

15,3% респондентов курят и 5,8% употребляют спиртные напитки.

Для проведения анкетного опроса респондентов в медико-социологическом исследовании качества жизни использован валидированный опросник WHOQOL-100 (ВОЗ КЖ-100) [21].

Статистическая обработка количественных показателей анкетирования проводилась с использованием программ SPSS PASW Statistic 18 и Microsoft Exсel 7.0. Предварительно была проведена оценка массива данных на нормальность распределения с использованием теста Колмогорова – Смирнова. Так как распределение ряда параметров было отлично от нормального, то для корректного анализа рассчитывали среднюю арифметическую показателей качества жизни, довеpительные интеpвалы, медиану и квартили. Статистическая достоверность различия средних показателей качества жизни групп респондентов определялась с использованием непараметрического критерия Манна – Уитни. Различие считалось статистически значимым при p < 0,05.

Проведение исследования не противоречит принципам медицинской этики, получено положительное заключение Комитета по этике ФГБОУ ВО «Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского» Минздрава России (протокол № 2 от 01.10.2019).

При оценке качества жизни беременных женщин с использованием опросника ВОЗ КЖ-100 отмечается снижение средних значений показателей качества жизни в субсферах опросника: F1 «Физическая боль и дискомфорт»; F2 «Жизненная активность, энергия и усталость»; F6 «Самооценка»; F11 «Зависимость от лекарств и лечения» и сфере «Уровень независимости» (табл. 1).

При исследовании качества жизни беременных женщин с низким уровнем пренатального риска отмечается снижение значений кaчeствa жизни pecпoндeнтoв в субсфере F2 «Жизненная активность, энергия и усталость» «Физической» сферы (13,17 ± 0,71) (табл. 2).

При исследовании качества жизни респондентов со средним уровнем пренатального риска фиксируется снижение средних показателей качества жизни респондентов в субсферах:

Интегральное значение качества жизни также снижается (табл. 3).

При исследовании качества жизни респондентов с высоким уровнем пренатального риска осложненного течения беременности отмечается снижение средних показателей качества жизни в субсферах:

Фиксируется снижение общего балла качества жизни (табл. 4).

Установлены статистически значимые (отрицательные) корреляции степени пренатального риска с показателями качества жизни в субсферах: F7 «Образ тела и внешность» (r = –0,20, p < 0,05), F19 «Медицинская и социальная помощь (доступность и качество)» (r = –0,24, p < 0,01), F20 «Возможности для приобретения новой информации и навыков» (r = –0,20, p < 0,05), F21 «Возможности для отдыха и развлечений и их использование» (r = –0,23, p < 0,01) (r – коэффициент корреляции).

Получены статистически достоверные различия средних значений показателей качества жизни респондентов в группах низкого и среднего рисков в субсфере F8 «Отрицательные эмоции» (p < 0,05) «Психологической» сферы, в группах низкого и высокого рисков в субсферах: F19 «Медицинская и социальная помощь (доступность и качество)» (p < 0,05), F20 «Возможности для приобретения новой информации и навыков» (p < 0,05) и F21 «Возможности для отдыха и развлечений и их использование» (p < 0,01) сферы «Окружающаясреда».

Статистически достоверные различия средних значений показателей качества жизни респондентов в группах среднего и высокого рисков зафиксированы в субсферах: F9 «Подвижность»(p < 0,05) сферы «Уровень независимости» и F20 «Возможности для приобретения новой информации и навыков» (p < 0,05) сферы «Окружающаясреда».

Беременные женщины подвержены риску снижения качества жизни из-за потенциальных проблем с физическим и психическим здоровьем во время беременности [22]. В исследованиях А.А. Литвиновой и соавт. [23] и других отмечается снижение значений показателей качества жизни беременных женщин даже при физиологически протекающей беременности и отсутствии сопутствующей соматической патологии.

Оценка качества жизни позволяет оценить состояние здоровья женщины в период беременности в рамках клинических и социальных проблем [24]. В проведенном нами исследовании, как и в исследованиях Л.А. Агарковой и соавт. [25], N. Kadıoğlu и соавт. [26], I.P. Gadelha и соавт. [16], фиксируются изменения, релевантные соматическим проблемам (наличие боли, тошноты и рвоты, нарушение сна) женщин в период беременности, в большей степени влияющим на качество жизни женщины при высоком пренатальном риске течения беременности.

Беременность часто ассоциируется с изменениями в психологическом функционировании женщин. Беременные женщины из групп риска сталкиваются с повышенной неопределенностью из-за беспокойства по поводу состояния плода, сохранения нестабильной беременности [11].

По результатам нашего исследования, исследований М. Park и соавт. [11], N. Bahrami и соавт. [27] и включенных в систематический обзор N. Lagadec и соавт. [28], отмечено существенное снижение показателей качества жизни беременных женщин из группы высокого пренатального риска.

В проведенном нами исследовании при компаративном анализе представлены доказательства социальной детерминированности снижения значений показателей качества жизни при повышении степени пренатального риска женщин с осложненным течением беременности в отличие от работ, обсуждающих влияние осложненного течения беременности на качество жизни женщин.

При проведении компаративного анализа отмечается отрицательная динамика показателей качества жизни респондентов в группах пренатального риска осложненного течения беременности, фиксируется снижение общего балла качества жизни.

У респондентов со средним и высоким пренатальным риском формируется соматическая и социальная детерминированность качества жизни с максимальным снижением значений показателей качества жизни беременных женщин с высоким пренатальным риском осложненного течения беременности, в отличие от качества жизни респондентов с низким пренатальным риском осложненного течения беременности, при котором качество жизни соматически детерминировано.

Определены статистически достоверные различия средних значений показателей качества жизни респондентов разной степени пренатального риска, что позволяет использовать показатели качества жизни как дополнительный критерий оценки пренатального риска у женщин при осложненном течении беременности в контексте совершенствования медико-социальной помощи данной категории населения.

1 Клименко Г.Я., Стародубов В.И., Говоров С.В. и др. Исследование качества жизни беременных женщин как новый интегральный показатель оценки состояния их здоровья: тезисы конференции «VI Всероссийская выставка-презентация учебно-методических изданий». Москва, 11–13 мая 2010 г. Успехи современного естествознания. 2010; 9: 131–132. EDN: LMCEQJ. URL: https://s.natural-sciences.ru/pdf/2010/2010_09.pdf (дата обращения: 13.05.2025).